Все о спорте - Nova Sport
Хабиб: когда Путин позвонил, я был окружен полицией Хабиб: когда Путин позвонил, я был окружен полицией
Нурмагомедов сам решил пообщаться с российской прессой, и все ей рассказал. Студент третьего курса «Экономики и так далее», как представил его ректор рэу им.... Хабиб: когда Путин позвонил, я был окружен полицией

Нурмагомедов сам решил пообщаться с российской прессой, и все ей рассказал.

Студент третьего курса «Экономики и так далее», как представил его ректор рэу им. Г. В. Плеханова Виктор Гришин, Хабиб Нурмагомедов каждый год организует встречи со студентами вузов. Игрок проходит обучение дистанционно, и, по своему усмотрению, не удается полностью отдавать себя науке.

На встрече со студентами Хабиба пригласили на сцену и предложили, чтобы ответить на ваши вопросы с папахи. Головной убор, о котором так Нурмагомедову сегодня знает весь мир, забил бумагой с вопросами. Задачей игроков было выбрать случайную тему и обсудить ее с зала.

— Самые сложные испытания, через которые придется пройти на пути к вершине?

— Сразу не скажешь, через что ему пришлось пройти. С четырех лет я в зале. 26 лет – это достаточно, чтобы добиться успеха. Если ты приходишь к успеху 30 лет, это в самый раз – пик возможностей, можно сказать. Физическое состояние мужчины от 29 до 31 – го саммита. Во время моего подъема были взлеты, падения, у меня были травмы, он перенес операцию. Потерял лучшие годы. Три года ушло на залечивание травм. Мои спортсмены тренировались, а я в это время в больнице. Тесты тебя или ломают, или делают сильнее. Такой макет.

— Как играют и как настраивали, когда придется тормозить?

— Я не останавливался. Тормозилась только карьера. Если даже у меня была травма, операция, всегда тренировался. Как говорит отец, если ты сломал руку – ногу и другие части тела, которые нужно тренировать. С каждым прорывом в зале. Был даже случай, я сделал операцию на спине из-за грыжи, а отец даже спросил — что ты в зал не ходишь? Голова – приходите, смотрите, говорить молодым.

— Что изменилось в жизни, есть ли такая возможность?

— Больше бы брал время на регенерацию. Сейчас я тренируюсь с умом, восстанавливаюсь, не загоняю себя. Раньше этого не понимал. И больше времени, чтобы это взял на саморазвитие. Я имею в виду мозг. Иногда слышишь, как люди какую-то тему обсуждают, и думаешь: где я был, когда они узнали? Да, я был в зале, но и так можно было больше учиться. Век живи, век учись.

— Какое впечатление осталось от разговора с Владимиром Путиным?

— Там, в лас-Вегасе был такой момент: было много полиции, охраны, и они сказали нам, что мы не скоро выйдем. Они хотели очистить от болельщиков территорию арены. У меня не было телефона, был у Ислама Махачева. Сказали, что сейчас Путин позвонит. Через несколько минут телефон, он поднял трубку. Владимир Владимирович спросил: «Как дела?» Я сказал: «Ничего, в окружении сидим. Это значит, что от нас не убегут». Он сказал: «мы Должны лучше контролировать свои эмоции». Это уникальный момент был не абы кто, а целый президент позвонил.

— Как отец отреагировал на вашу идею, чтобы попробовать силы в боксе?

— Тебе, говорит, голову отбили совсем? Зачем тебе бокс, — говорит он. Отец не особо поддержал, и в рамках контракта с UFC не удалось произойти. У меня еще два боя в UFC на основании договора. Они не позволят мне сражаться в боксе.

— Как отнеслись к заявлению Коннора Макгрегора о завершении карьеры?

— Завтра опять напишет, что возвращается, и все СМИ сразу это подхватят. Он для этого и закинул все это. И с UFC, ему не удалось выторговать. Хочет, чтобы компания почувствовала, что теряет без него деньги, вот и делает так. Это политика. Я знаю, что эти моменты с компанией, трудно вести переговоры. Они умные, у них разные руководители, и все они ловко и с разных сторон заходят. Я понимаю, почему Макгрегор объявил об уходе. Это, как ревнивая жена, которая говорит почти что «я ухожу».

— Расскажите о ближайших планах на карьеру.

— Я хочу вернуться в сентябре, но есть одна загвоздка. В сентябре не могут бороться мои дисквалифицированы братья Зубайра Тухугов (на самом деле – друг. – Ок. «Чемпионат») и Абубакар Нурмагомедов. А я сказал, что не вернусь без них. Мое условие — я без них не выйду в клетку. Я выпрыгнул, а они за меня страдал. Весело – в компании мне денег предложить, чтобы я отказался от своих слов. Интересно, когда люди, что называется, в себе думают.

Далее Хабиб спустился со сцены и начал общаться с российской прессой, что не случалось очень давно.

— Вы говорили о возвращении в сентябре. Кто будет соперником – новый временный чемпион, который определится в бою Холлоэуй – Порье?

— Интереснее было бы с Холлоуэем. У него серия из 13 боев — крупнейшая в UFC. Если он выиграет Порье, будет еще чемпионом в двух весах. Большой, даже чуть-чуть больше меня, так что будет интересно аудитории. Хороший боец, крепкий, достойный соперник. Я планирую вернуться до 7 сентября. Так будет, если переговоры с UFC пройдут хорошо.

— Анонсировали бой Ислама Махачева на турнире UFC в Санкт-Петербурге. Могли быть в его углу?

— Нет, я дисквалифицирован. Но я буду сидеть в первом ряду. В углу будет мой отец, Хавьер Мендес и Самир Магомедов. Угол будет сильный, хороший костяк секундантов. Противник Ислама — сильный воин. Хотя не дрался в UFC, но имеет 13 побед и только одно поражение. Достойный и сильный противник.

— Выходит, что тренироваться с полной выкладкой?

— Сейчас интенсивность тренировки нет, если в сентябре я вернусь, то времени на подготовку будет – несколько месяцев. Я не хочу перегружаться. А так, всегда беру с собой одежду, я делаю один раз в день, чтобы поддерживать форму.

— Конор Макгрегор снова нелестно высказался о вас в социальных сетях. Больно?

— Обратите внимание: человек после каждого турнира что-то вкидывает в «Twitter», чтобы быть на первых страницах газет. Это работает, он это знает. Пусть говорит, что не имеет к этому делу. Я был с ним в клетке, и там ничего не говорил. Я ударил его в лицо, локти, руки, колени, но он ничего не говорил. А теперь, когда между нами пять-шесть тысяч километров, снова говорит. Это показывает, как низкий, невоспитанный и неуважительный человек.

Все, коллеги, мы отпускаем Хабиба… — она пыталась спасти игрока от журналистов одного из организаторов, но он не хотел идти: «Подождите. Меня и так не бывает, не разговариваю с ним до конца из российских СМИ. Давайте поговорим».

— Кто победит – Она или Порье?

— Порье — отличный игрок, но я думаю, что сейчас время для Макса. Я очень интересный этот бой, я жду его. В нем указать мой оппонент.

— Желание борьбы не уходит?

— Я хотел бы драться в сентябре и в конце года – 30 или 31 декабря. Точно не знаю, когда пойдут подземных турнир, но я хотел бы драться в этом году в два раза. Если 7 сентября подерусь, удалось, чтобы отдохнуть и подготовиться к еще одному выступлению.

— Матч-реванш с Макгрегором еще может состояться?

— Честно говоря, мы с UFC, и они шли до тех пор, пока не завершил карьеру. Они сказали: Конор подерется в июле, ты в сентябре. Если оба выиграть, то на конец года будет матч-реванш. Мне без разницы, я не выбирал соперников никогда. Ты Фергюсона – подерусь с ним. Победителя пары Холлоуэй – Порье? Пожалуйста! Что до Макгрегора одно хочу сказать: пусть заслужит, а с 2016 года не выиграл. На дворе 2019 года. Я понимаю, что красиво одета и толкает речи, но пусть хотя чувствует вкус победы, прежде чем снова подеремся.

— Вы хотите попробовать свои силы в полусреднем весе?

— Было бы здорово, но не хочу пока. Я чемпион в легком весе, не хочу прыгать по категориям, блокировать лиги. Там и так проблемы из-за моей подвески. Я не хочу быть человеком, который держит реальных соперников. Он хотел сражаться, в то время, первоначально, в апреле месяце, но вся эта заваруха с лишением права меня и моих братьев помешал.

— Ваша позиция: вы хотите, чтобы братья вернулись в бой вместе с вами?

— Они должны бороться, по крайней мере, в один вечер со мной или раньше.

— Абубакар будет в UFC?

— Он уже в UFC.

— Много встреч, интервью, события. Не думаете, что это может отвлечь от тренировок?

— Я согласен, что это проблема. Очень много мастеров в этом случае возвращали и не показывали лучшие бои. Но помни, что я два года подряд не мог бороться из-за травмы. Все говорили, что я «заржавею». Вы можете взглянуть на мои до травмы и после: мне удалось улучшить в стойке и в борьбе. Все благодаря тому, что я тренируюсь всю свою жизнь.

— Судя по новостям, у Фергюсона серьезные психические проблемы. -Ты думаешь, что он еще вернется в бой?

— Я думаю, что это больше, семейные проблемы, чем психические. Жена полицию вызвала. Я бы не хотел говорить о своей семье, потому что не люблю, когда люди говорят о моей личной жизни. Представляю, как ему тяжело, когда все так внимательно следят за происходящим у него дома. Не вдавался в подробности, честно говоря. Пусть бог даст ему здоровья и удачи. Спорт это спорт, а семья это семья. Пусть возвращается быстро. Непривычно видеть человека, у которого 11 побед подряд в UFC, в таком состоянии. Можно сказать, что на обочине. Это значит, что это его испытание и он должен его пройти. Каждый имеет свое испытание: кто-то деньгами болен, кто-то пьет, у кого-то звездная болезнь, а кто-то только стал чемпионом, и теперь у него не было времени на тренировки. Пусть идет в свою испытвание и возвращается.

— Это все еще борьба мечты?

— Да, конечно. Это самый ожидаемый бой в UFC на данный момент. Об этом рассказали владельцы UFC, проводили опросы: люди больше всего ждут мой бой с Фергюсоном.

— Что должно произойти, чтобы завершил карьеру довольным собой?

— Я думаю, что несколько боев. Ну, или 30-0. Это было бы достаточно.

Комментариев пока нет.

Ваш комментарий будет первым.

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *